Екатерина Солнцева на сессии «Тяжелый промышленный САПР»
en

Екатерина Солнцева на сессии «Тяжелый промышленный САПР»

Директор по цифровизации Госкорпорации «Росатом»

Екатерина Солнцева на сессии «Тяжелый промышленный САПР»

Директор по цифровизации Госкорпорации «Росатом»

Комментарий эксперта

Все материалы события

Выступление на «Тяжелый промышленный САПР. Made in Russia»: 

Я хочу ответить на вопрос: «Когда мы сможем сказать, что у нас есть тяжелый промышленный САПР?». Я предлагаю конкретную оценку: у Минпромторга есть план выпуска изделий, есть промышленная программа, т. е. известно, в каком году какое изделие начнет создаваться, — до 2030 года. Так вот, мы сможем сказать, что у нас есть тяжелый промышленный САПР тогда, когда напротив каждого изделия будет стоять название российского программного продукта, в котором это изделие начнет проектироваться.

В связи с этим у меня предложение к Минпромторгу России: давайте мы к промышленной программе добавим колонку и допишем, в каком программном продукте какое изделие планируется проектировать. И если в 2023 году напротив изделия, которое начинает проектироваться, не стоит название российского цифрового продукта, давайте сами себе скажем: это означает, что нет у нас тяжелого промышленного САПРа. Естественно, мы не говорим о том, что надо переводить изделия, которые начали проектироваться в иностранных системах, — пусть продолжают жить там. Речь идет о новых изделиях.

Сейчас плана перехода российской промышленности на российские САПРы у нас нет. Что у нас есть вместо этого? У нас есть, и это очень важно, система поддержки развития существующих решений и их внедрение на производстве. Равно ли это переходу российской промышленности на российские САПРы? Как мне кажется, задача индустриальных центров компетенций в этом году состоит в том, чтобы осуществить переход от поддержки отдельных внедрений к поддержке перехода российской промышленности на российский PLM. Это более комплексная задача, она потребует большего вовлечения каждого из игроков в общую историю — это сложно.

Мы это сейчас проходим с ПО класса САЕ. Там проще, потому что, действительно, есть возможность объединить усилия всех конкурирующих структур на одной платформе с сохранением за каждым РИДов (результат интеллектуальной деятельности) с возможностью предоставить пользователям выбор между тем или иным решением, справедливым финансовым вознаграждением, разделяемым между всеми участниками, в зависимости от того, чем больше промышленность пользуется. С PLM все тяжелее, но двигаться надо именно в эту сторону. 

Теперь про Росатом. Особенность Росатома состоит в том, что мы выступаем в трех ролях. Первая роль — координатор: мы, наряду с Ростехом, являемся стороной соглашения с правительством Российской Федерации по дорожной карте «Новое индустриальное программное обеспечение» и обязаны координировать работу по этой карте. И именно в таком качестве мы выступаем инициатором перехода от поддержки отдельных проектов к поддержке перехода всей промышленности на независимое ПО. С другой стороны, мы и есть та самая промышленность, которой нужно переходить на отечественное ПО, и мы действительно пользуемся продуктами различных российских ИТ-компаний («Топ-системы», АСКОН) — мы являемся их благодарными клиентами. Но почему мы, в-третьих, еще и разработчики? Потому что, несмотря на то, что хорошие продукты есть, их недостаточно. Поэтому в свое время РФЯЦ ВНИИЭФ начал разрабатывать собственную PLM-систему для решения специальных задач — таких решений не было на рынке. То есть, с одной стороны, у нас точно есть прекрасные компании с прекрасными продуктами, но для полного перехода промышленности на российские PLM-системы нам нужно начать планировать большой путь.

Что касается консорциумов. Мы всячески поддерживаем консорциумный подход. Но нужно смотреть дальше: что делает консорциум? Он делает комплексный продукт — это хорошо, но недостаточно. Альтернативная цель должна быть такой: переход российской промышленности на отечественное ПО; какие изделия, кем, на каком ПО будут развиваться. И вот с какого момента у нас в перечне продуктов, используемых для новых изделий, к проектированию которых мы приступаем, исчезнет упоминание иностранных компаний — вот тогда можно будет сказать, что мы уже обладаем тяжелым САПРом. Все российские изделия должны быть там. Не просто факт, что некое изделие будет разрабатываться на нашем продукте, а все. То есть полный перечень изделий должен перейти на российское ПО. Это наша задача.

Сейчас мы (Росатом) выпустили версию PLM-системы, которая соответствует требованиям среднего класса. Для полномасштабного применения в промышленности продолжаем развитие продукта. А дальше — считаем, что нам всем вместе нужно действительно объединять усилия.

Текст
Фото

Читайте также:

10-миллионный гость выставки «Россия» отправится в Мурманск с экскурсией на атомные ледоколы
10-миллионный гость выставки «Россия» отправится в Мурманск с экскурсией на атомные ледоколы
Пресс-релиз
Росатом расширяет сотрудничество с Ивановским государственным энергетическим университетом
Росатом расширяет сотрудничество с Ивановским государственным энергетическим университетом
Пресс-релиз
В Новосибирске открылся Центр промышленной медицины ФМБА на базе обновленного здравпункта завода химконцентратов
В Новосибирске открылся Центр промышленной медицины ФМБА на базе обновленного здравпункта завода химконцентратов
Пресс-релиз
На Нововоронежской АЭС завершилась тест-миссия OСАРТ МАГАТЭ
На Нововоронежской АЭС завершилась тест-миссия OСАРТ МАГАТЭ
Пресс-релиз